Как мы победили МСЗ в Петербурге?
Что обычно люди делают в канун Нового года? Предаются праздничному настроению, в суматохе покупают подарки и готовят оливье. А вот за два дня до начала 2015 года больше тысячи петербуржцев боролись за отмену строительства мусоросжигательного завода — и победили.
Разговоры о том, что под Петербургом планируют строить мусоросжигательный завод, ходили давно. Ещё летом 2013 года Гринпис опубликовал карту потенциального воздействия МСЗ на петербуржцев, и уже тогда было очевидно, что работа вредного предприятия отразится на жизни и здоровье всех горожан. Но никакой конкретики не было, все ждали публикации материалов проекта.
В декабре 2014 года застройщик открыл доступ к материалам оценки воздействия завода на окружающую среду (ОВОС). В этом документе завод называли предприятием по производству энергии из биотоплива.
Вновь о мусоросжигательном заводе заговорили уже в декабре 2014 года, когда застройщик открыл доступ к материалам оценки воздействия завода на окружающую среду (ОВОС). В этом документе завод называли предприятием по производству энергии из биотоплива. То есть на нём, по сути, должны были сжигать только органические отходы и получать газ. Эксперты Гринпис изучили материалы проекта и обнаружили, что никакой предварительной сортировки на заводе не предполагается, а биотопливом разработчики называют обычный мусор. Хитрое название предприятию дали, чтобы не пугать людей словосочетанием «мусоросжигательный завод» и не вызывать протестных настроений.

Новость о строительстве МСЗ под Петербургом всколыхнула общественность, и экологические организации города решили объединиться, чтобы вместе противостоять опасному проекту. На общую встречу собрались представители Гринпис России, ассоциации «РазДельный сбор», движений «Мусора.Больше.Нет», «Петербург без мусоросжигания», «Сохраним Юнтолово», обсудили стратегию и распределили зоны ответственности. Каждая организация взяла на себя ту работу, где была наиболее сильна: распространение информации, экспертиза. Главной задачей стало информирование людей о строительстве МСЗ и приглашение всех неравнодушных прийти на общественные слушания, чтобы выступить против проекта. Но организаторы слушаний старались сделать всё, чтобы туда пришло как можно меньше людей, поэтому назначили мероприятие на вечер 30 декабря.
Активисты работали онлайн и офлайн. Гринпис запустил на сайте stopmsz.ru петицию губернатору Петербурга против строительства МСЗ. Ссылку на неё распространяли в соцсетях через дружественные группы и сообщества, которые писали про жизнь города. За две недели петицию подписали более 25 тысяч человек!
Активные горожане, подписавшие петицию, часто спрашивали, чем ещё могут помочь. У всех было мало времени накануне праздников, но сделать небольшое полезное действие хотели очень многие. Им предлагали распространять афиши и листовки с адресом сайта stopmsz.ru и призывом прийти на слушания среди соседей и друзей.
Эта история даже попала в отчёт уполномоченного по правам человека в Петербурге как явный пример нарушения прав людей на проведение собраний.
Многие люди после работы заезжали за плакатами или распечатывали их самостоятельно и до полуночи расклеивали их по своему району. Клеили целыми семьями, в компаньоны на промёрзшие тёмные улицы брали с собой своих собак и даже кошек. Чтобы привлечь тех, кто не пользуется социальными сетями, активисты хотели организовать пикет возле станции метро «Проспект Просвещения». Просто так чиновники отказать в согласовании не могли, поэтому предложили поменять место пикета на окраину посёлка Левашово, а именно «в район транспортного кольца в конце улицы Добрая горка». Если посмотреть на карту, то это почти граница с лесом, «лучшим местом» для информирования людей могли стать разве что болота Юнтоловского заказника. Эта история даже попала в отчёт уполномоченного по правам человека в Петербурге как явный пример нарушения прав людей на проведение собраний. Но и эту историю активисты использовали как инфоповод, чтобы люди ещё раз убедились: когда власть так действует, она неправа.
Параллельно велась работа по подготовке к слушаниям — первому важному событию, где можно было громко сказать нет опасному проекту. Умельцы рисовали на ватманах плакаты, писали лозунги.
Общественники обсуждали стратегию поведения и решали, кто из активной группы первым возьмёт микрофон после выступления администрации и заказчика проекта. Препятствий могло быть множество: проплаченная массовка, поддерживающая завод, которой первой дадут высказаться, затянутое выступление организаторов, из-за чего времени на вопросы не останется. Активисты решили «нести вахту» рядом с микрофоном, чтобы вовремя взять слово и рассказать пришедшим, почему строить МСЗ под Петербургом крайне опасно и вредно для природы и людей.
Группы в соцсетях бурлили, число подписей под петицией приближалось к отметке в 30 тысяч.
Последние дни перед слушаниями были самыми трудными: общественники старались рассказать о событии как можно большему числу людей и объяснить, почему вечером 30 декабря важно отложить свои дела и прийти в ДК Выборгский (место проведения слушаний).
Группы в соцсетях бурлили, число подписей под петицией приближалось к отметке в 30 тысяч.
30 декабря за несколько часов до слушаний у ДК Выборгский прогуливался человек в костюме...не Деда Мороза или Снегурочки, а бачка для раздельного сбора отходов. Он раздавал прохожим, несущим домой новогодние ёлки и пакеты с продуктами, листовки с информацией о событии.
К 17 часам (за час до начала слушаний!) в Дом культуры начали приходить и приезжать люди. Много людей. На втором этаже, возле зала, где должно было проходить событие, выстроилась очередь во весь коридор — на регистрацию. В очереди встречались друзья, знакомились, обсуждали завод. В зале присутствовали представители абсолютно всех СМИ города. Места в зале, украшенном по-новогоднему, с большой нарядной ёлкой в углу, закончились, но люди продолжали приходить. Они выстраивались вдоль стен, вставали в проходах, но в какой-то момент просто перестали помещаться. Им организаторы пообещали вывести трансляцию слушаний в коридор. Недовольство росло: зал для слушаний не вмещал тысячу человек, становилось душно. Собравшиеся не приняли регламент, но ведущий все равно продолжал говорить. Полиция пыталась увести тех, кто активно выступал с места, но их удалось отстоять. Депутат ЗАКСа Борис Вишневский предложил поставить на голосование вопрос о переносе слушаний на другую дату и в зал большего размера. Глава комиссии по экологии ЗАКСа Виктор Ложечко сказал, что голосование - это профанация, чем вызвал свист в зале. На протяжении получаса люди скандировали «нет заводу», «позор» и «перенос». Никакого сценария не было, всё происходило само собой. Люди, впервые видевшие друг друга, вдруг ощутили себя одним целым — мощной силой, способной победить и обезоружить заказчиков многомиллионного проекта. Это был пример настоящей силы людей, которые и являются хозяевами своего города и должны решать, как ему развиваться. И организаторы слушаний всё-таки дали слово выступающим. Анна Гаркуша, представитель движения «Петербург без мусоросжигания» и Татьяна Нагорская, представитель «Раздельного сбора», сказали, что слушания проходят не по правилам, несколько сотен человек стоят за дверьми и предложили перенести слушания. После предложения вверх взмыли сотни рук, одобряющих перенос слушаний.
И организаторы сдались. Слушания признали несостоявшимися, о проведении новых должны были сообщить уже после Нового года. Люди медленно начали выходить из зала, продолжая обсуждать опасный мусоросжигательный проект. Расходиться никто не спешил, все чувствовали себя маленькими творцами победы.
Но о настоящей победе говорить было ещё рано. Нужно было готовиться к новым слушаниям и сделать так, чтобы на них пришло ещё больше людей. Общественники смогли выиграть ещё немного времени для информационной кампании, а петиция продолжала собирать голоса.
Но 27 января 2015 года на заседании комиссии по экологии и природопользованию ЗАКСа вице-губернатор Игорь Албин сообщил, что губернатор Георгий Полтавченко приостановил строительство завода. По словам Албина, финансовую модель проекта сегодня невозможно просчитать (стоимость проекта рассчитывалась в евро).
Это, конечно, официальная версия. На самом деле в этой истории победил не внезапно выросший курс евро, а люди, которые поняли, что имеют право решать, чем дышать.